Золотая эра

Евангелия пишутся

Что думали христиане Рима, когда Иудейская война затянулась и лица римлян были повсюду обращены к евреям с ненавистью? Что думали они, когда глядели на процессию закованных в цепи еврейских пленников, проходящую по улицам Рима в триумфе Веспасиана среди проклятий ликующих толп, и когда слышались возгласы дикого восторга при известии о смерти Симона Бар Гиоры.

Что они думали, мы можем узнать, читая Евангелие от Марка, написанное как раз в то время, и другие три Евангелия, проведшие далее линию, впервые начертанную Марком. Здесь мы можем видеть, как христиане, бывшие первоначально сектой полностью еврейской, отмежевались от евреев в час их поражения.

Главная христианская община Рима была основана Павлом (Деяния апостолов, XXVIII, 28 - 30), так что истолкование смерти Иисуса как божественного жертвоприношения было там уже в ходу. Сам Павел своей доктриной христологии отделил Иисуса от политических проблем Иудеи и ?одуховнил? его до такой степени, что Иисус перестал быть революционером.

Однако опереться целиком на учение Павла и выбросить как балласт Евангелие, родившееся в Иерусалиме, было невозможно из-за того, что Иерусалимская церковь и ее назарейское Евангелие все еще обладали слишком большим авторитетом, чтобы просто списать их со счетов. Поэтому оказалось необходимым придать Евангелиям характер, созвучный павловской христологии. В обcтоятельствах того времени это, к сожалению, означало придать ему антиеврейскую тенденцию.

Развив форму христианства, оторванную от еврейской истории и еврейских национальных чаяний, римская церковь не желала быть никоим образом втянута в поношение, которому подверглась еврейская община. Новая форма христианства не была революционной, для нее было вполне возможно жить в мире со своими соседями-римлянами, поскольку царство Божие более не располагалось на Земле, а находилось в занебесье.

Павел велел христианам не восставать: ?Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога: существующие же от Бога установлены? (Послание к римлянам, XIII, 1).

И все же они оказались на виду. И все же, несмотря на их антиреволюционную позицию, их путали с мятежными евреями по одному тому, что Бог, которому они поклонялись, был евреем, к тому же распятым за мятеж. Где же решение этой злополучной проблемы?

Оно должно было напрашиваться с ясностью прямо-таки ослепительной и казаться им богоданным. Иисус боролся не против римлян, а против евреев! Они получили Евангелие от иерусалимских иудео-христиан. Но это Евангелие казалось им теперь искаженным проеврейским пристрастием. Да, оно наверняка было искажено, иначе просто быть не могло, и теперь на их долю выпало исправить его и восстановить факты такими, какими они должны были быть! В таком-то умонастроении Марк и сел писать свою версию Евангелия.

Современная школа изучения и критики Евангелий придает особое значение тому, что называют ?вписыванием в жизнь?. В истории она ищет объяснения их формам и развитию. Но, за несколькими заслуживающими всяческого уважения исключениями, ученые этой школы игнорировали главную черту в обстановке, при которой писались Евангелия, ту, что буквально должна была бить в глаза: Евангелие от Марка написано среди потрясений великих бедствий, обрушившихся на евреев в 70 году новой эры. Тогда всем евреям и тем, кто каким-либо образом был с ним связанным, пришлось весьма тщательно определить, чему они верны. И, конечно, это прежде всего касалось только что возникшей религии, едва отпочковавшейся от еврейского назарейства. Эллинистические прозелиты, недавно обращенные в христианство (каким был и сам Марк), вышли из среды, в которой антиеврейство цвело пышным цветом. Поэтому важным назначением Евангелий было дать возможность христианам говорить: ?Мы не евреи. Да и сам Иисус на самом деле не был евреем, если не считать случайности рождения. Иисус был верен Риму, и мы тоже верны Риму?.

В конечном счете в представлении его позднехристианских поклонников Иисус вообще перестал быть евреем.