Обложки

- Надеюсь, вы не из того мерзкого журнальчика, который нарисовал пасквиль на мою любимую математику?

- Какой пасквиль?

- Ну, девку на шаре, да еще и с зонтиком!

- Видите ли, мы как раз из этого журнала...

Такой разговор состоялся у двух сотрудников редакции в Новосибирском Академгородке весной 1966 года. Предметом разговора была обложка журнала в #4 за 1965 год.

Другой эпизод. Имея задание снять новейшую по тем временам установку "Токамак-9" и получив соответствующие разрешения, наш редакционный фотограф Виктор Брель долгое время не мог найти эффектного ракурса. Ему пришла в голову идея снять Токамак сверху - так, как его никто еще не снимал. Пришлось забираться под самый потолок экспериментального зала с высоченными потолками. Страховать Бреля от падения вызывались сотрудники спецслужб - может ли быть что-нибудь забавнее этого!

Обложки журнала... Множество историй связано с ними. Правда, эти истории относятся к шестидесятым - семидесятым годам. После этого времени стал ослабевать идеологический диктат директивных инстанций. А о временах довоенных и послевоенных нынешняя редакция, к сожалению, ничего не знает.

Этот раздел посвящен обложкам "ЗС". А обложки - всегда лицо времени, определяющее устремление редакции.

Так, в 1926 - 1928 годах, когда журнал был общепознавательным и развлекательным изданием для подростков, на его обложках появлялись сцены приключений, животные, эпизоды из экспедиций. Потом ведущим направлением в журнале становится пропаганда технических знаний - и обложки теперь заполнены моделями электровозов, автомобилей, изображениями домн и новейших типов самолетов. Среди других был и сюжет, посвященный рекордному полету на высоту известного пилота Коккинаки на специально оборудованном самолете. Дух времени сказывается и в том, что на обложках той поры широко представлена военная тема - модели броневиков, танков, новые конструкции самолетов.

После войны редакция "ЗС" ставит перед собой задачи широкой пропаганды достижений науки и техники. Соответственно меняется и характер обложек. Теперь, наряду с образцами новой техники, на них можно увидеть и гипотетическое падение Тунгусского метеорита, и героев древних путешествий, и фантастические проекты, которым далеко не всегда было суждено сбыться.

В середине шестидесятых годов вновь сменяется дизайн журнала. Из послушного иллюстратора чужих идей художник становится соавтором, соконструктором нового видения предмета. Отталкиваясь от литературного содержания, художник ищет для обложки оригинальное, диктуемое дизайнерскими задачами решение.

Это оказалась весьма плодотворная и эффективная позиция. Достаточно обыкновенную по содержанию статью "Все о шаре" художник Борис Лавров представляет в виде лаконичного и запоминающегося плаката - та самая "девочка на шаре", из-за которой возник конфликт в Новосибирском Академгородке. К размышлениям ученого о времени Анатолий Брусиловский создает многомерную и многовременную конструкцию. "Глобусы в мешке", много-много неповторимых миров планеты Земля, собранных в кучу под обыденной мешковиной, - находка Виктора Бреля. На фабрике ученых пособий Брель увидел то, что не видит никто из посторонних (а своим все уже стало привычным, примелькалось!) -и снял! Так появилась эта обложка #3 за 1977 год.

Начиная с середины восьмидесятых годов и по настоящий момент редакция настойчиво ищет возможность представлять читателю достижения науки в одном поле с культурой. Культурологический - а не научно-популярный - взгляд на науку становится ведущим. Этот подход сказывается и на обложках. В эти годы дизайнеры обложек ищут возможность в синтетическом сюжете отразить многообразие смыслов той или иной темы.

В эти годы, как и прежде, многие обложки принадлежат В.Брелю. Творчество Бреля в журнале - особая страница, и потому работам Виктора Бреля в нашем сайте посвящен специальный раздел.

Среди обложек, представленных ниже, гость нашего сайта найдет две обложки, которых читатели журнала не видели.

Обложка #8 за 1965 год пострадала из-за скандала, который был вызван ее предшественницей. "Гипсовая нога", изображенная Анатолием Брусиловским в обложке #7 за 1965 года и украшенная множеством дамских туфелек, вызвала сильное раздражение в идеологических инстанциях. "Эта мазня повторяет манеры загнивающего Запада", - было сказано редакции. Последовал выговор и язвительная реплика в "Литературной газете". Номер с "электронным рыцарем" на обложке появился как раз в разгар скандала и с лету обложка была запрещена. Второпях ее пришлось заменить маловыразительной фотографией вулкана.

А вот обложка с жирафом и вовсе не была допущена до печати. Эта обложка была изготовлена для номера, которым редакция намеревалась отметить очередной юбилей. Номер предполагалось выпустить малым тиражом - меньше ста экземпляров: только для сотрудников редакции, членов редколлегии, постоянных авторов и друзей. Но времена были суровые, и директивные инстанции запретили эту вполне невинную затею - выпуск подобного номера. Теперь фотокопии той обложки редакция раздает друзьям на очередных юбилеях.

А почему жираф? Ответ прост. С первого выпуска "Академии Веселых наук" жирафа стала символом этого раздела журнала. Постепенно же в ярком и необычном животном редакция усмотрела символ того яркого, странного, необычного, что обнаруживает наука на своем переднем крае. Недаром же Даниил Данин назвал свою замечательную книгу "Неизбежность странного мира". И жираф оказалась наилучшим знаком для устремления редакции рассказывать о замечательных событиях на переднем крае науки.